USDКурс снизился 1.9746
EURКурс вырос 2.1262
Ирина Горбач | 19 августа 2015

Предприниматель Игорь Стрига: 21 год полноценной жизни и работы в инвалидном кресле

Бизнес, который «выстрелил», активная жизнь, путешествия, авария… Сегодня Игорь Стрига руководит «Гипермаркетом услуг 124», на котором люди с инвалидностью проходят адаптацию и делают карьеру. Инвалидное кресло не помешало Игорю объездить больше десятка стран, строить свой бизнес, основать и быть капитаном сборной команды инвалидов-колясочников по баскетболу и вдохновлять людей жить.

В 14 ЛЕТ Я УЖЕ РАБОТАЛ и даже давал родителям деньги в долг. Сколько себя помню – что-то где-то продавал. До армии я был грузчиком и фотографом, а потом ходил манекенщиком по подиуму в Доме мод.

ВОДИТЬ МАШИНУ УЧИЛСЯ на скорой помощи. Работа нравилась, но платили мало. Когда я вернулся из армии, страны советов как раз не стало. И я занялся бизнесом, нас называли спекулянтами и челноками.

ТОГДА ПЁРЛО, и я думал, что так будет всегда. На Комаровке стояло два ларька – мой и Союзпечати. Я старался привозить только хорошие дорогие вещи, чтобы мне было не стыдно: детские коляски, люстры, джинсы. Тогда не было налоговой, акцизов и никаких препонов для бизнеса. Ты что-то купил, с утра расставил, а к вечеру уже все было продано. Я слетал на 2 недели в Индию, вернулся и купил BMW.

ХВАТАЛО И КРИМИНАЛА. Свои люди тогда должны были быть везде – и в милиции, и среди бандитов. Мы, предприниматели, постоянно отбивались от рэкета. Однажды я поехал в Могилев, случилась авария не по моей вине, и я оказался в коляске: так в то время убирали конкурентов.

«СКОЛЬКО ЖИВУТ КОЛЯСОЧНИКИ?» На этот вопрос заведующая травматологического отделения спустя год после аварии мне ответила: «Лет 10, а потом пролежни, урология… и все».

11–12 ПОЗВОНОК И ТАМ ВСЕ В ХЛАМ – со смещением и разрывом спинного мозга. По прогнозам врачей отведенные статистикой 10 лет я должен был отсидеть в коляске с обвисшим животиком, с трудом удерживая равновесие.

Я ЖИЛ НА 5-М ЭТАЖЕ БЕЗ ЛИФТА и у меня были все шансы присоединиться к числу тех ребят, которые всю жизнь просят маму отвезти их на коляске на балкон покурить. Вместо этого я придумывал какие-то весьма странные приспособления, которые помогали мне перемещаться, чем удивлял пьяных соседей. Не смущаясь выслушивал их комментарии.

С КРУТОЙ BMW МНЕ ПРИШЛОСЬ ПЕРЕСЕСТЬ на Таврию, которую подарило государство. Одной рукой веду машину, другой – слезы вытираю.

СКОРО ВЕРНУЛСЯ К ПУТЕШЕСТВИЯМ И БИЗНЕСУ. Взял с собой брата и уехал в Болгарию отдыхать дикарем. Постоянные поездки снова стали нормой жизни. Приезжал на 3 дня домой, отмокал в душе, отъедался маминым бульоном, снова заскакивал в Таврию и уносился в очередную поездку. Получил два места на Комаровке, начал таскать продукты, вещи, продавать, зарабатывать. Слегка помогали родители, но я особо их не напрягал. А ведь можно было бы лежать до сих пор на кровати и говорить: «Мама, подай мне расческу». Но это не про меня.

ВСЕ СМОТРЕЛИ НА МЕНЯ КАК НА БОГА. Упал – поднялся, сделал вираж на задних колесах, пронесся по лестнице: я преподавал технику езды на активной коляске. Мне за это никто не платил, но я получал то, что дороже денег.

ВИДЕЛ СЛЕЗЫ МАТЕРЕЙ, пустые глаза «свеженьких» инвалидов и помогал им понять, что в коляске можно продолжать жить, заниматься сексом, спортом и работать.

МОЯ БУДУЩАЯ ЖЕНА ТАНЯ была волонтером на сборах активной реабилитации. Ее предупредили, что там есть такой ухарь, зовут его Стрига Игорь, смотри аккуратно! А она все равно как-то попалась на крючок. С той поры вот уже 10 лет мы не расстаемся. Путешествуем, любим друг друга и растим двойняшек Соню и Степу.

ПОТОМ У ИПЭШНИКОВ ЗАБРАЛИ двух наемных рабочих. Эту случилось примерно в то же время, когда инвалидов лишили льгот. Предпринимателей заставляли продавать белорусскую продукцию (80%), и заниматься мелким бизнесом стало невыгодно. На Комаровке появились пустые места, ушел и я.

НАЧАЛ ПРЕПОДАВАТЬ ТЕХНИКУ езды на коляске на протезном заводе. Ко мне привозили 5–7 инвалидов, выдавали им по коляске, а я подгонял эту «машину» под них, показывал, как в ней сидеть и ездить. Платили за эту работу мало, и я понял, что скоро мне будет не за что отремонтировать машину. Нашел другую работу: в «124» диспетчером.

ЧЕРЕЗ 3 ДНЯ Я УЖЕ БЫЛ НАЧАЛЬНИКОМ ОТДЕЛА, который я сформировал из инвалидов. Мы начали двигаться в направлении бытовых услуг, пережили первый кризис, обзавелись кучей займов… 3 года назад мне предложили занять должность директора.

МЫ ОТДАВАЛИ ДОЛГИ, накопленные в кризис, и развивались. Получился неплохой проект, за который не стыдно: в штате 70 человек, процентов 70 из которых – инвалиды 1 и 2 группы. За это время вырос и я: мое видение организации бизнеса стало профессиональнее.

ЧУЖИЕ ДЕНЬГИ, ЧУЖИЕ РИСКИ, но я отношусь к этим деньгам как к своим. Если бы я рисковал лишний раз, думая, что это все равно не мой бизнес, предприятие, скорее всего, уже развалилось.

КОГДА Я ТРЕНИРУЮСЬ, мне кажется, что я готов выпрыгнуть из коляски и помчаться за мячом.

НА СОРЕВНОВАНИЯХ ВСЕ ЖЕСТКО: кровища, пластыри, выбитые пальцы и уколы обезболивающего, чтобы доиграть период. Приезжаешь и еще неделю стонешь, «зализывая» раны. И чувствуешь, что живой. Если бы не баскетбол, я бы был хиленький и болел.

МИР ФАКТИЧЕСКИ ЗАКРЫТ ДЛЯ КОЛЯСОЧНИКОВ, которые живут в домах без лифта. Я знаю людей, которые выходят из дома один-два раза в год, и то для того чтобы проследовать в карету скорой помощи. Зачастую бывает сложнее выбраться из дома, чем найти доступный магазин или парикмахерскую.

ОДНАЖДЫ МЕНЯ НЕ ПУСТИЛИ В СТОЛИЧНЫЙ КЛУБ. Мы с девочками из Академии физкультуры прилетели туда на такси ночью потусить. А меня не пустили, сославшись на мою спортивную обувь. Это был лет 15 назад, сейчас я с таким не сталкиваюсь.

МОЙ ДРУГ-КОЛЯСОЧНИК ЕХАЛ С ДОЧЕРЬЮ на машине и остановился заправиться, попросил дочь подойти к обслуживающему персоналу за помощью. Работник АЗС подошел к машине, заглянул в открытое окно и несколько раз прокричал на ухо моему другу: «ПЯТАЯ КОЛОНКА!». Почему-то все думают, что если ты на коляске, значит ты еще и умственно отсталый.

Я ВИЖУ, КАК МОЛОДЫЕ ЛЮДИ «КВАСЯТ ЧЕРНИЛО» во дворе, плачут, что нет работы и ругают государство, которое о них не заботится. Хоть иди и помирай. И помирают, в 35 лет…

НИКТО НИКОМУ НИЧЕГО НЕ ДОЛЖЕН.

Фото: из личного архива Игоря Стриги




Будь в курсе событий
Подпишитесь на наш пятничный дайджест, чтобы не пропустить интересные материалы за неделю