USDКурс снизился 1.9739
EURКурс снизился 2.0967
Денис Лавникевич | 24 августа 2011

Белтелеком: приватизировать гиганта

Национальный оператор, монополист рынка фиксированной связи и обладатель бесчисленных телеком-активов – это, несомненно, лакомый кусок для иностранных инвесторов. С одной стороны, приватизация Белтелекома – верный способ пополнить прохудившийся бюджет десятком-другим миллиардов долларов. С другой стороны, слишком многие заинтересованы в том, чтобы этот гигант остался в госсобственности.

 

Наряду с Беларуськалием, Нафтаном, БелАЗом и другими промышленными гигантами РУП «Белтелеком» – «фамильное серебро» белорусской экономики. С одной стороны, его «рудники» никогда не опустеют. С другой стороны, стоимость Белтелекома растет вместе со спросом на передачу данных и зависимостью человечества от информации. «Белтелеком – это такой актив, который в любой ситуации будет интересен инвесторам, – говорит Анна Семенкова, эксперт российской инвесткомпании «DST Global». – Если Беларусь продает, скажем, какой-нибудь машиностроительный завод или пищевое производство – там инвесторы еще могут покрутить носом, прикинуть затраты на технологическое перевооружение, цены на сырье и прочее. Но в случае с национальным оператором связи продается не столько инфраструктура передачи данных, сколько абонентская база. А это все население страны –10 млн абонентов. За такое многие готовы побороться».

 

Еще в конце прошлого года белорусские власти были явно не готовы отдать инвесторам Белтелеком. На встрече с сотрудниками БТК 29 октября в Бресте Александр Лукашенко говорил: «Приватизировать Белтелеком не планируется. Вы не волнуйтесь. Меня уже давно просили компаний десять продать. Если вы не будете стараться – продадим, а если вы модернизируетесь, будете хорошо работать и конкурировать – останетесь в государственной собственности». При этом, по мнению главы государства, «Белтелеком должен оставаться в государственной собственности как альтернатива, чтобы знать, что происходит в этой отрасли. …Если мы отдадим вас в частные руки, то не будем видеть позиций государства». Однако начавшийся весной нынешнего года экономический кризис и катастрофическое падение золотовалютных резервов заставили правительство пересмотреть свое отношение к «фамильному серебру».

 

Белтелеком, уже почти лишившийся монополии на внешний трафик, теперь рассматривается как актив, ценный, прежде всего, своей монополией на белорусском рынке фиксированной связи. Мнение иностранных игроков на белорусском телеком-рынке высказал еще на февральском пресс-брифинге главный исполнительный директор австрийской SB Telecom Ltd. по вопросам velcom Гельмут Дуз: – Беларусь – единственная страна в Европе, где существует монополия на рынке фиксированной связи. И, на мой взгляд, это сдерживает развитие и рост рынка. При том, что рынок мобильной связи Беларуси  как раз конкурентный и готовый к принятию новых технологий. Демонополизация является ключом к дальнейшему притоку инвестиций в белорусскую сферу телекоммуникаций. А монополия на фиксированную связь – это очень разумная концепция по донесению услуги до абонента. Но если у большинства белорусов имеются мобильные телефоны, зачем государству по-прежнему тянуть на себе бремя ответственности в нынешнем монополистическом стиле? Рынок мобильных телекоммуникаций в Беларуси – единственная сфера, где серьезно конкурируют исключительно иностранные инвесторы. Они обеспечивают очень высокое качество и низкие цены, увеличивают проникновение сотовой связи. Я считаю, что для белорусского государства это отличный пример того, какой вклад может сделать либерализированный рынок в экономику. Я бы хотел, чтобы эту модель из рынка мобильной связи применили и в других отраслях экономики. Наш пример веский – 10 млн абонентов пользуются услугами мобильной связи, приходят инвесторы из разных частей света.

 

В списке предприятий, подлежащих скорой приватизации, Белтелекома пока нет. Но понятно: если сложится ситуация и появится политическая воля, то внести национального телеком-гиганта в такой список – дело техники. Комментарий эксперта Свое видение того, что происходит вокруг телекоммуникационного гиганта, нам изложил один из известных белорусских экономистов. Он, правда, попросил его не называть, ввиду причастности к происходящему на телеком-рынке. – Как вообще может происходить демонополизация «Белтелекома»? Какие процессы с ней связаны? – Против монополии, которую имеет Белтелеком благодаря всего одной строчке в законе, сегодня выступают очень мощные лоббисты. Но речь тут идет не столько о свободной конкуренции, сколько об установлении олигополии. В этом случае право на внешние каналы будут иметь несколько госструктур. Однако Белтелеком – это объект госсобственности, который сегодня готовят к продаже стратегическому инвестору. И, конечно же, со статусом монополиста он стоит гораздо дороже. – И кто тут «выгодополучатель»? Минсвязи? – «Выгодополучатель» – та структура, которая будет готовить Белтелеком к приватизации. Сейчас есть три или четыре крупные зарубежные телекоммуникационные компании, готовые купить монополиста. – Это российские компании? – Российская, турецкая, немецкая и одна компания из Великобритании. Это телеком-гиганты, которые готовы инвестировать в Белтелеком уже сегодня. Но им в белорусском правительстве дают один ответ: «Компания пока не продается, но будет приватизирована и продана в ближайшие два года. Подождите немного». – А когда ожидать акционирования Белтелекома? – Тут все непросто. В его составе, по-моему, 69 юридических лиц. И когда мы говорим про Белтелеком, мы сперва должны выяснить, что это такое. Ведь наш гигант – это и 51% акций МТС, и региональные телекомы, и многие другие активы.

 

Мне доводилось разговаривать с представителями Европейского банка реконструкции и развития. Они говорят: «Мы готовы даже 2% Белтелекома купить, только чтобы получить возможность оказывать техническую поддержку, влиять на предпродажную подготовку и выбор потенциального инвестора». То есть они готовы вкладываться ради того, чтобы все прошло цивилизованно. Национальные телекомы на постсоветском пространстве почти везде приватизировались с большими проблемами и множеством скандалов. Так, Укртелеком акционировали, но приватизировать не могли два десятка лет, пока в начале этого года 93% акций не выкупила частная компания ESU. Латтелеком пытаются приватизировать с 1993 года, когда был заключен договор со шведско-финской TeliaSonera. Но сейчас на него претендует американская компания Blackstone, а премьер-министр настаивает, что 51% акций должен быть сохранен за государством. Акционированный в 1993-м Ростелеком сегодня контролируется холдингом «Связьинвест» (43.37% акций). Агентству по страхованию вкладов (находятся в управлении ВЭБ) принадлежат 7.43% акций, 2.43% – Внешэкономбанку, 2.7% – ООО «Мобител» (дочерняя компания Ростелекома), 44.1% – миноритарным акционерам. Понятно, что мира в столь пестрой компании нет и быть не может.

 

Источник: http://bel.biz/




Будь в курсе событий
Подпишитесь на наш пятничный дайджест, чтобы не пропустить интересные материалы за неделю