Василий Иванов | 23 марта 2012

Что будет с белорусской экономикой

События в экономике США, Европы, России неизбежно отражаются на нашей стране. Даже несмотря на то, что в вертикальной иерархии мировой экономики Беларусь, вместе с другими малыми странами, находится в самом основании пирамиды. Авторы комплексного экономического сценария развития событий в США, ЕС, России и Беларуси продолжают отвечать на вопросы BEL.BIZ.

 

– В чем вы видите экономическую суть процессов, происходящих сейчас внутри Беларуси? Валентин Горошко, риск-менеджер, аналитик срочного рынка, аспирант кафедры экономической кибернетики БГЭУ: – В 2011 году произошла коррекция экономики через девальвационный механизм. Импорт потребительских и инвестиционных товаров резко сократился в пользу более дешевых. Девальвационный эффект позволил если не расширить экспорт по всем статьям, то, по крайней мере, предотвратил дальнейшее падение. Однако комплексный анализ позволяет с уверенностью утверждать, что негатив от коррекции торгового баланса – слишком велик и, скорее всего, не будет компенсирован даже в среднесрочной перспективе. Действительно, по параметрам внешнеторгового баланса экономика Беларуси приблизилась к концу 2007 – началу 2008 года. Дефицит торгового баланса в 2011 году составил 9,2% от ВВП против 10% в 2007 году, а сальдо на конец года снизилось до $5 млрд (против $4,5 млрд в 2007-м). Но какой ценой? Внешний долг достиг 60% от ВВП (против 28% в 2007-м), а размер выплат по долгу составил $5,4 млрд (против $4 млрд в 2007-м). Сокращение ВВП ухудшило нагрузку на экономику по обслуживанию долга до исторического максимума в 11,5%. Ставка базового процента в экономике выросла в четыре раза, темпы инфляции – в девять раз.

 

Игорь Чеботарев, проект-менеджер, аналитик фондового рынка, бизнес-тренер по ситуационному моделированию: – А заработная плата, по отношению к торговому сальдо и ВВП, «откатилась» еще на целый год назад и составила в долларовом эквиваленте $280–300. Это почти втрое меньше средней зарплаты по России, что уже привело к резкому оттоку рабочей силы в РФ. С одной стороны, это снимает социальную напряженность и обеспечивает приток валюты в страну. Однако долгосрочные последствия такой политики хорошо видны по крупным городам Прибалтики: отсутствие творческого потенциала в бизнесе, стагнация рынка жилья, отток молодого трудоспособного населения.

 

В.Г.: И еще один важный параметр системы: снижение диверсификации рынков сбыта. 40–45% экспорта Беларуси составляют нефтепродукты, калийные удобрения и черные металлы (за январь-октябрь 2011 года – 42,6% от общего объема экспорта). Что это означает в условиях безальтернативной интеграции с РФ? Россия становится не только главным потребителем белорусского экспорта, но и «внешним управляющим», поскольку устанавливает отпускные цены для Беларуси на нефть и нефтепродукты, которые регулируют уровень рентабельности экспорта нефтепродуктов. К примеру, за январь-октябрь 2011 года средняя закупочная цена нефти составила $465, нефтепродуктов – $614. При этом экспорт нефтепродуктов из Беларуси осуществлялся по цене в $805, что делало убыточным работу ключевой отрасли-экспортера. Если еще добавить регулирование цены на газ, то можно однозначно утверждать: в 2012 году Беларусь является независимым и суверенным государством только де-юре, а де-факто переходит в полную экономическую зависимость от России. Белорусский рубль превращается в производную от российского рубля, причем с отрицательной составляющей. Ведь для обеспечения конкурентоспособности экспорта рубль должен всегда отставать по темпам своего укрепления в периоды экономического благополучия РФ и должен значительно сильнее девальвироваться в периоды экономического спада в РФ. Для этого у правительства остался последний рычаг – эмиссионный.

 

Каков наиболее вероятный сценарий развития событий в РБ в 2012 году?

 

В.Г.: Если регуляторы США и ЕС выберут стратегию эмиссии, то большая часть 2012 года пройдет в рамках растущих мировых цен на основные сырьевые товары, особенно на энергоносители. Это существенно расширит доходы РФ и увеличит масштаб номинального импорта. Часть этого импорта – потенциал Беларуси в рамках Таможенного союза и ЕЭП. Если наши предприятия смогут переориентироваться на российский рынок, если им удастся добиться успехов в маркетинге и гибкости в ценах – то поступление валюты может значительно возрасти и оказать сильное стабилизирующее воздействие на всю экономическую систему РБ. Внешнеторговое сальдо существенно улучшится. Наполнение бюджета и устойчивый приток валюты позволят обслуживать долг и удерживать курс от сильных изменений, но высокая инфляция, усиленная «догоняющим» приростом зарплат перманентно создаст конвертационный навес, и курс продолжит мягко девальвировать. По причине высокой инфляции уровень процентной ставки сохранится высоким, хотя и снизится во втором полугодии.

 

И.Ч.: Продолжится приватизация, что даст дополнительный ресурс в бюджет. Через механизм льготного кредитования эти средства будут направлены на наиболее приоритетные программы: в принципе у правительства будет достаточно ресурса, чтобы и курс поддерживать, и сглаживать остроту социальных проблем. Но, скорее всего, акцент будет смещен в сторону мягкой девальвации, поскольку поддержка экспорта будет более важным приоритетом.

 

Как действовать белорусским компаниям, если этот наиболее вероятный сценарий осуществится? И.Ч.: Нужно максимально ориентироваться на рынок РФ, готовиться к серьезной конкурентной борьбе, которая многим нашим предприятиям пока известна только по учебникам. Нужно наращивать маркетинговые отделы, привлекать маркетологов-аналитиков для разработки стратегии работы в регионах РФ и Казахстана. Возможен и второй путь – предпродажная подготовка в расчете на скорое мягкое поглощение российскими конкурентами.

 

В.Г.: В любом случае мы рекомендуем внимательно следить за ситуацией в ходе посевной компании. Целая отрасль будет нуждаться в серьезных инвестициях (по нашим оценкам – более миллиарда долларов), что при ставках в 35–40% выглядит маловероятным. Согласитесь, тяжело представить, что колхоз будет брать кредит под такие проценты. Поэтому, в апреле, скорее всего, нас ожидает критический момент – ставку придется снижать. Но до каких пределов? Ведь, с другой стороны, за снижением ставки пристально следит население, разместившее под 40% годовых свои капиталы на депозитах. Где тот психологический рубеж, после которого население массово начнет изымать рублевые вклады с депозитов и вновь, «от греха подальше» переводить их в валюту? Готово ли новое руководство Национального банка к отражению очередной атаки на платежный баланс? Либо приоритет будет отдан сохранности валютных резервов, и курс будет определяться только рынком? Предсказать действия регулятора сегодня невозможно, но готовиться к различным вариантам этих действий – необходимо.

 

– В вашем прогнозе учтены и менее вероятные сценарии развития событий в мире. Однако к ним тоже нужно готовиться!

 

В.Г.: В мире возможен негативный сценарий, если один из регионов США или ЕС попытается отказаться от эмиссии или оттянуть ее на максимально дальний срок. Либо – в случае неконтролируемого коллапса в ЕС или США через обрушение одного из системообразующих финансовых институтов по аналогии с 2008 годом. Для РФ это повлечет снижение доходов от экспорта энергоносителей, для Беларуси – резкое снижение импорта. Эмиссионное решение социальных проблем и активная приватизация позволят правительству некоторое время контролировать ситуацию, но отток трудового ресурса приобретет катастрофические масштабы. Курс будет девальвировать все возрастающими темпами. В экономике начнет развиваться самоподдерживающаяся спираль рецессии: обслуживание долга станет усугубляющим фактором. Внешняя торговля будет улучшаться, но падение ВВП будет слишком стремительным. В этих условиях активы нефтеперерабатывающего и калийного секторов станут главной мишенью для российского капитала.

 

Юрий Смирнов, BEL.BIZ




Будь в курсе событий
Подпишитесь на наш пятничный дайджест, чтобы не пропустить интересные материалы за неделю