USDКурс снизился 1.9739
EURКурс снизился 2.0967
Василий Иванов | 15 июля 2011

Есть ли перспективы у банковской системы Беларуси?

Как обстоят дела с депозитами, какой должна быть ставка рефинансирования,  будут ли банки финансировать госсектор и есть ли перспективы у банковского сектора? На эти и другие вопросы ответил председатель правления ЗАО «МТБанк» Андрей Жишкевич в ходе  видеобрифинга «Банковская система Беларуси: вопросы и перспективы развития», проводимого Информационно-аналитическим порталом Союзного государства совместно с Национальным пресс-центром Республики Беларусь. Нацбанк осуществил значительную девальвацию белорусского рубля. Как на сегодняшний день обстоят дела с депозитами в белорусских рублях и валюте, каков ваш прогноз на ближайшее время? – Действительно, девальвация, вернее, даже события, предшествовавшие девальвации, оказали определенное влияние на ситуацию с депозитами. Особо заметно это было в конце марта – начале апреля нынешнего года, еще до официальной девальвации. На волне девальвационных ожиданий население очень активно пыталось хеджировать свои валютные риски путем перевода сбережений в белорусских рублях в иностранную валюту до того момента, пока такая возможность была, либо в товары, соответственно приобретая товары долгосрочного спроса, в том числе прибегая к снятию депозитов в белорусских рублях. В конце марта – начале апреля это было достаточно ощутимо. К сегодняшнему дню динамика серьезно исправилась, в целом по банковской системе май месяц отличался уже значительно меньшим объемом снятия, а по отдельным банкам, в частности по МТБанку мы наблюдаем рост вкладов в белорусских рублях. Мы надеемся, что это, в том числе, отражает и качество новых депозитных продуктов, которые сегодня предлагает банк. В целом, это, безусловно, свидетельствует об определенном успокоении населения. По крайней мере, те, кто хотел снять депозиты, уже это сделал. В части вкладов в иностранной валюте пик оттоков пришелся на конец весны. В июне мы наблюдаем достаточно заметный прирост вкладов в иностранной валюте. Опять же, это свидетельствует о понимании вкладчиков, что в банковской системе ситуация достаточно стабильна, поскольку ни один из банков не нарушил обязательств, все вклады возвращались достаточно оперативно, соблюдались сроки, предусмотренные законодательством (это 5 дней) на досрочный возврат вкладов. Мы, например, специально избрали тактику возврата вклада день в день, как только клиент заявил об этом, считая, что это, в том числе, успокаивает клиентов. Наш опыт показывает, что часть клиентов, заявивших о желании снять вклад, услышав, что это можно сделать в тот же день, оставляли вклады. Это свидетельствует о том, что люди сейчас боятся больше неизвестности, чем реально сомневаются в устойчивости банков. То есть, вы хотите сказать, что на данный момент нельзя говорить о том, что идет серьезное сокращение депозитов? – Сейчас уже нет. Сокращение, которое было в марте-апреле, на сегодняшний день в разы меньше. Для повышения привлекательности вкладов в белорусских рублях Нацбанк начал повышение ставки рефинансирования. Как вы считаете, не приведет ли это к тому, что заемные средства станут недоступны для многих субъектов хозяйствования? – Во-первых, повышение ставки рефинансирования скорее имеет основной целью не повышение привлекательности вкладов, а является реакцией на инфляцию. Национальный банк действует совершенно разумно с точки зрения макроэкономики. Стандартом является то, что ставка рефинансирования должна быть близка к среднегодовому уровню инфляции. На сегодняшний день, в том числе из-за девальвационного удорожания импортных товаров, инфляция серьезно выросла, и, естественно, можно ожидать, что Национальный банк не ограничится состоявшимся  повышением ставки рефинансирования, она будет расти и дальше. Естественно, за ставкой рефинансирования двигаются все остальные процентные ставки на рынке: и кредитные, и депозитные. С точки зрения сложности обслуживания кредитов с высокой ставкой, здесь мы можем вспомнить начало 2000-х годов, когда ставки исчислялись трехзначными значениями. То есть, в этом смысле, наверное, важным является, насколько процентная ставка превышает уровень естественной инфляции, является она положительной или отрицательной. Именно этим измеряется реальная стоимость кредитов и депозитов в целом. С точки зрения того, насколько клиенты способны справиться с возросшими ставками, на сегодняшний день мы находимся в постоянном контакте с клиентами. Естественно, кредитные ставки выросли, но важно, что клиенты на сегодняшний день считают их справедливыми, мы видим, что клиенты адекватно воспринимают существующий уровень ставок. Опять же, чтобы сделать еще более комфортным кредитование для клиентов, мы активно развиваем такую форму кредитования, как покупка рублевых облигаций. За счет налоговых льгот клиент, заменивший простой банковский кредит на выпущенную облигацию, которую приобрел банк, получает достаточно заметное удешевление ставки, т.е. отсутствующий налог на прибыль 24% годовых при сопоставимой эффективной процентной ставке делает финансирование дешевле. Умные клиенты этим пользуются, и мы активно им в этом помогаем. Как вы считаете, какой должна быть справедливая ставка рефинансирования для Беларуси в сложившихся условиях? – Как я говорил, она должна быть близка к ставке среднегодовой инфляции. Если сейчас к июлю прошлого года инфляция составляет около 40-45%, то я бы считал рациональным двигаться к этим цифрам. Выполняя взятые на себя обязательства по условиям предоставления кредита ЕврАзЭС, Беларусь сокращает финасирование госпрограмм. Руководство страны предложило поучаствовать в финансировании этих программ коммерческим банкам. Насколько охотно пойдут банки на финансирование госсектора в условиях кризиса, не грозит ли им невозврат заемных средств? – Госпрограммы бывают разные и в некоторых из них мы бы с большим удовольствием принимали бы участие. В частности это программы поддержки малого и среднего предпринимательства. МТБанк в целом ориентирован на клиентов этой категории, частных клиентов малого и среднего бизнеса. Для нас было бы очень перспективно работать по программам льготирования кредитных ставок за счет средств бюджета. Очевидно, мы бы воздержались от кредитования клиентов, которых мы не хотим кредитовать с точки зрения кредитных рисков. На сегодняшний день мы не чувствуем со стороны Национального банка сигналов, что государство будут принуждать банки кредитовать госпрограммы, если банки сами этого не захотят. В начале года Нацбанк активно заимствовал валютные средства у коммерческих банков для покрытия возникшего валютного ажиотажа. Как сейчас у банков складываются взаимоотношения с Нацбанком, и насколько серьезные трудности возникли у банков связи с дефицитом на рынке валюты? – Национальный банк действительно достаточно активно привлекал валютные средства у коммерческих банков через заключение своп-сделок. Это сделки связанные с взаимным размещением депозитов: соответственно коммерческий банк размещает в Национальном банке иностранную валюту и получает взамен белорусские рубли. На сегодняшний день целый ряд подобных сделок уже закончился. И Национальный банк по сведениям наших коллег пунктуально исполняет обязательства и в этом смысле никаких опасений, рисков, если они и есть, не реализуется. Насколько я знаю, Национальный банк в рамках предварительных переговоров с ЕврАзЭС и МВФ взял обязательства сокращать предложение рублевых ресурсов в экономике, поэтому сейчас своп-сделки прекращены. Национальный банк сейчас не привлекает таким образом валюту, соответственно не размещает рублевую ликвидность на рынке. Это свидетельствует о том, что Национальный банк сегодня очень рационально подходит к контролю за собственными рисками в отношении банковской системы. С точки зрения валютных ресурсов как таковых на рынке на сегодняшний день, то я бы не сказал, что там существует какая-то существенная напряженность. Я считаю, что сейчас рынок испытывает большую потребность именно в ресурсах в белорусских рублях, чем в иностранной валюте. Например, нам как банку нетто-продавцу сейчас намного проще на межбанке размещать рубли, чем иностранную валюту. Неужели у банков не вызвало никаких трудностей наличие так называемой множественности курсов? – Конечно, сложности возникли. Любой банк, как субъект хозяйствования в результате девальвации потерял значительную часть собственного капитала. Это самое важное влияние с точки зрения финансовой отчетности. Много банков на сегодняшний день формально не соблюдают норматив требований к собственному капиталу, поскольку произошло его девальвационное обесценивание до уровня ниже, чем 25 млн евро. С точки зрения множественности курсов, то здесь банковские проблемы являются следствием проблем клиентов. Каждый клиент на сегодняшний день испытывает трудности с недоступностью валюты на валютной бирже. Мы, как банк, пытаемся обеспечить продажи валюты, но на сегодняшний день не имеем такой возможности, потому что не имеем достаточного притока валюты, ни через обменные пункты, ни через биржу. Естественно, подобная ситуация чревата реализацией кредитных рисков клиентов-импортеров. Наверное, чем раньше произойдет объявленное и обещанное введение единого валютного курса, тем проще будет всей экономике и банкам в том числе. Как вы оцениваете состояние банковской системы Беларуси в сложившихся условиях, и каковы перспективы развития банковского сектора в республике? – Я всегда говорил, что банковская система Беларуси наиболее развитый сектор экономики в целом и наиболее близкий к мировым стандартам. В том числе по причине того, что Национальный банк, как регулятор, постоянно очень тщательно готовил банки к разнообразным кризисным проявлениям. На мой взгляд, белорусские банки научились достаточно качественно управлять своими рисками. Единственный сектор, где практически все предприятия, в данном случае банки, имеют отчетность по МСФО. В этом смысле я считаю белорусскую банковскую систему вполне качественной. Да и на просторах бывшего Советского Союза белорусская банковская система воспринимается как вполне европейская. Безусловно, можно ожидать, что кризис приведет к определенной консолидации на рынке. Ряд банков сейчас не имеют в достаточном объеме собственного капитала и, возможно, это повлечет сделки: объединения, слияния, покупки. Можно ожидать, что в ближайшее время такого рода сделки могут происходить. Каждый кризис в конечном итоге оздоравливает любой хозяйствующий субъект, экономику, банковскую систему. Я уверен, что и сейчас банки станут сильнее. Мы внутри МТБанка сейчас пользуемся временем кризиса, определенным снижением конъюнктуры и спроса со стороны клиентов на ряд банковских услуг, для внутренних изменений. Мы совершенствуем IT-инфраструктуру, развиваем территориальную сеть, несмотря на то, что кризис и в этом краткосрочного смысла нет. Мы понимаем, что кризис закончится и продуктологические, организационные изменения смогут выстрелить с новой силой. Беседовал: Андросик Станислав Источник: http://bel.biz/




Будь в курсе событий
Подпишитесь на наш пятничный дайджест, чтобы не пропустить интересные материалы за неделю