USDКурс снизился 1.9746
EURКурс вырос 2.1262
Ирина Юзвак | 01 февраля 2012

Наталия Колядина: Самое большое опасение и риск вызывает высокая инфляция

Беларусь вступила в 2012 год с новыми амбициозными планами. На чем основывается заявленный рост? Решены ли старые проблемы? Усвоены ли уроки? И какие вызовы ждут белорусскую экономику в ближайшем будущем? Обо всем этом корреспондент портала BEL.BIZ пообщался с Постоянным Представителем Международного валютного фонда в Республике Беларусь Наталией Колядиной.

– 2011 год стал одним из самых непростых для Беларуси. Какова, на ваш взгляд, природа возникших трудностей?

– Истоками кризиса стало то, что в 2010 году и начале 2011-го макроэкономическая политика, в частности денежно-кредитная, была сильно ослаблена. Произошел значительный рост кредитования и прежде всего за счет расширения финансирования госпрограмм на нерыночных условиях. Кроме того, в 2010 году была резко повышена заработная плата. А поскольку темпы ее роста уже в течение определенного времени превышали темпы роста производительности труда, то это, безусловно, усугубило те дисбалансы, которые уже существовали в экономике. Что я имею в виду. Во-первых, внешнеэкономические дисбалансы – высокий уровень дефицита по текущему счету и низкие золотовалютные резервы. Во-вторых, мягкая денежно-кредитная политика, оказавшая значительное влияние на золотовалютные резервы, которые использовались для поддержания валютного курса. А так как в течение 2010 года девальвационные ожидания были высокими, и в начале 2011 года усилились, то спрос на иностранную валюту постоянно возрастал. Поэтому к марту резервы снизились, и Национальный банк уже не мог поддерживать курс на прежнем уровне.

 

– Какие принятые меры Правительства и Нацбанка можно назвать эффективными, а какие нет?

 

– Вначале были приняты определенные меры административного характера, которые были нацелены на ограничение импорта. Но они не оказали воздействия, потому что макроэкономическая политика оставалась слабой, что усугубило кризис. Но я должна сказать, что с середины года и даже ближе к концу года экономическая политика изменилась. Мне кажется, что таким переломным моментом были достигнутые договоренности по кредиту Антикризисного фонда ЕврАзЭС. Тот факт, что Нацбанк прекратил поддержку ликвидности коммерческих банков на нерыночных условиях – это было очень важное и положительное решение. Кроме того, начиная с марта Нацбанк начал повышать процентные ставки. Но это делалось очень медленно. И по мере того, как инфляция росла, ставки стали отрицательными в реальном измерении. Это, безусловно, относится к отрицательным моментам. Но с августа, с приходом нового председателя правления, повышение ставок значительно ускорилось, что приблизило их к тому уровню, на котором они должны были бы быть. К положительным мерам относится и то, что власти пошли на унификацию валютного курса, хотя и с опозданием. И то, что они перешли на гибкое курсообразование. В дополнение к этому, налогово-бюджетная политика остается традиционно дисциплинированной, и 2011 год не был исключением – бюджет исполнен с профицитом. Политика заработной платы была достаточно осторожной, несмотря на повышение в октябре. Хочу сказать, что во второй половине года макроэкономическая политика значительно улучшилась. И было абсолютно четко продемонстрировано, что главной целью была макроэкономическая стабилизация.

 

– В последние месяцы мы наблюдаем замедление инфляции и более-менее постоянный курс. Это результат принятых решений?

 

– Инфляция остается довольно высокой. И на сегодняшний день именно инфляция – главный вопрос. В декабре она действительно замедлилась. Я полагаю, что тому есть несколько причин. Первое – это ужесточение денежно-кредитной политики в течение последних нескольких месяцев. То, что Нацбанк не возобновил поддержку ликвидности коммерческих банков на некоммерческой основе, повышал ставки и приближал их к положительному уровню в реальном измерении. Кроме того, Нацбанк несколько ограничил поддержку ликвидности банков и на рыночной основе. Это позволило снять давление на цены. Второе – в течение года произошло серьезное ослабление рубля, что тоже привело к давлению на внутренние цены, но этот процесс подошел к завершению, чему способствовало ужесточение денежно-кредитной политики в течение года. Возможно, повлияли и административные меры в части контроля за ценами. Но у меня нет достаточных данных, чтобы оценить их влияние.

 

– Какие уроки должны вынести власти из 2011 года?

 

– Мне кажется, их должно быть несколько. Урок первый – в любой экономике и при любой экономической модели экономические законы продолжают действовать. Ослабление макроэкономической политики, которое было в 2010 году и начале 2011 года, оказало отрицательное воздействие и больно ударило по экономике и по всему населению, – рост цен обесценил доходы людей, в реальном измерении они значительно снизились. Поэтому дисциплинированная макроэкономическая политика, безусловно, важна и прежде всего при экономической модели, которая уделяет такое большое внимание социальным аспектам. Второй урок – политика должна быть последовательной. Ее нельзя менять и пытаться решить экономические вопросы административными мерами. Это не работает, как показал кризис, а в более долгосрочной перспективе углубляет экономические диспропорции и дисбалансы. Третье – правительство убедилось, что макроэкономическую ситуацию можно стабилизировать достаточно быстро, в частности, ситуацию на валютном рынке, и рост цен можно замедлить тоже быстро с помощью макроэкономических инструментов. Но с другой стороны вопрос – насколько устойчива макроэкономическая стабилизация? И без структурных преобразований этот вопрос решен быть не может, потому что нерациональное использование ресурсов и экономические диспропорции не позволяют экономике развиваться достаточно быстрыми темпами, особенно в условиях жесткой макроэкономической политики.

 

– Тем не менее, в планах на 2012 год заложен рост ВВП на 5,5%. На сколько, как вы считаете, он обоснован?

 

– В программах, принятых на этот год есть несколько положительных моментов. Например, то, что в основных направлениях денежно-кредитной политики основной акцент сделан на снижение инфляции и то, что это обозначено как основная задача Национального банка. Это является его основной функцией и у него есть все инструменты, чтобы добиться этой цели. Положительно то, что государственный бюджет на 2012 год сбалансирован, то, что власти открыто объявили о продолжении режима гибкого курсообразования, и то, что Нацбанк ставит целью сохранить ставки положительными в реальном измерении. Что касается вопросов экономического роста, то я сама задаю себе вопрос – что является источниками этого роста? И насколько я понимаю, отчасти власти рассчитывают на то, что чистый экспорт приведет к повышению роста. Не знаю, возможно, у властей есть какая-то дополнительная информация, но я менее оптимистична. Первое – это то, что внешнеэкономическая конъюнктура в данный момент неблагоприятна и ухудшается. Это означает, что торговля с Россией, не говоря уже о ЕС, будет расти не такими быстрыми темпами как в прошлом году. Второе – в 2011 году белорусская экономика значительно улучшила свою конкурентоспособность в результате ослабления курса рубля. Но данный эффект уже был использован и дивиденды от этого получены. Более того, если инфляция будет оставаться высокой (выше чем у торговых партнеров) и будет повышаться, то конкурентоспособность ухудшится, и это отрицательно скажется на состоянии торгового баланса. Суммируя, я делаю вывод, что единственным источником является стимулирование внутреннего спроса, но это однозначно несвоевременно, потому что не соответствует задаче сокращения инфляции и уменьшению дисбалансов во внешнеэкономической сфере и наращиванию ЗВР. Поэтому я не знаю, как совместить эти несколько задач, которые сформулированы в прогнозных показателях.

 

– А нет ли ощущения, что после продажи Белтрансгаза и получения кредитов власти несколько успокоились? При полной казне кажется, что уже и проблем нет…

 

– Договоренности с Россией, конечно, важный момент в поддержке белорусской экономики. Но я не знаю, в какой степени это может оказать влияние на экономический рост. Мне представляется, что в данной ситуации ресурсы могли быть направлены, прежде всего, для наращивания золотовалютных резервов и для тех структурных преобразований, которые сейчас необходимы экономике. На мой взгляд, самое большое опасение и риск вызывает высокая инфляция, а ее повышение усложнит макроэкономическую стабилизацию. Повышение инфляции оказывает давление на заработную плату и валютный курс. Это значит, что, скорее всего, последует повышение окладов. А поскольку белорусская экономика высоко долларизирована, повысится спрос на валюту. Это создаст давление на рубль. И дальше вопрос заключается в том, какие меры экономической политики будут применены. Но я не хотела бы так пессимистично смотреть на вещи, потому что, мне кажется, власти уже полностью осознали все негативные последствия, связанные с высокой инфляцией.

 

– В Нацбанке уже заявили, что вслед за снижением инфляции будут снижать процентные ставки. Пока рублевые депозиты росли, люди даже меняли валюту, что бы положить белорусские рубли под 60%. Не случится ли так, что увидев падающие ставки, вкладчики начнут их снимать, конвертируя в валюту или увеличивая потребительский спрос?

 

– Процентная политика – хороший вопрос. Как я уже говорила, важно, что в Нацбанке собираются держать их на положительном уровне в реальном измерении. Это значит, что они прогнозируют уровень инфляции на предстоящий период, и процентные ставки должны превышать данный уровень. Например, в декабре произошло снижение инфляции, и возможно оно произойдет в январе. Является ли это сигналом к тому, что ставки должны быть уменьшены? Я не знаю, потому что вопрос в том, какие инфляционные ожидания. Снизились они или нет. Мне кажется, что один-два месяца не покажут это. Более того, в январе было повышение заработной платы и пока неизвестно, приведет ли это к увеличению инфляции. Возможно, так и будет, если вслед за повышением зарплат в бюджетном секторе произойдет их повышение в реальном секторе. Поэтому вопрос с процентными ставками – это основной вопрос денежно-кредитной политики. Но я думаю, приоритеты расставлены правильно. И у Нацбанка есть все возможности и инструменты для того, чтобы предупредить последствия, о которых вы говорите.

 

– Внешнеторговое сальдо – отрицательное, в золотовалютных запасах большая доля кредитов. В 2012 году страна должна выплатить более $1,6 млрд по госдолгу плюс отдать миллиардный кредит Сбербанку. Не грозит ли нам в будущем ситуация, когда, что бы расплатиться по долгам, придется брать новые?

 

– Программа МВФ имела своей целью снижение и постепенную ликвидацию дисбалансов во внешней торговле, включая снижение дефицита по счету текущих операций до того уровня, который может поддерживаться экономикой в долгосрочном периоде. В данный момент, я полагаю, у властей есть все возможности, чтобы не оказаться описанной выше ситуации. Но это будет зависеть от макроэкономической политики. Если будет продолжен курс на макроэкономическую стабилизацию, это станет хорошим основанием, чтобы в долгосрочной перспективе уменьшить дисбалансы во внешнеэкономической сфере, – сократить дефицит по счету текущих операций и нарастить ЗВР. Расплачиваться по долгам будет легче, если темпы экономического роста будут устойчивыми и достаточно высокими. Но для этого необходимы структурные преобразования. Именно поэтому я всегда говорю – макроэкономическая стабилизация это начало процесса, и он должен быть поддержан структурными реформами. А что это значит? Это развитие рыночной экономики. И развитие частного сектора. И, безусловно, здесь одной из первоочередных мер является либерализация цен. Поэтому те административные меры, которые были приняты в прошлом году, неплохо было бы отменить.

 

– Будет ли способствовать либерализации Единое экономическое пространство, где усилится конкурентное давление со стороны российской и казахстанской экономик?

 

– Уже сегодня Беларусь является частью рынка труда и рынка капитала. И я слышу из разных источников о том, что люди уезжают в Россию работать. Наметилась тенденция и вывоза капитала. Что делать в этой ситуации? Мне кажется, что единственный путь – это проведение структурных преобразований, позволяющих повысить конкурентоспособность белорусской экономики. ЕЭП может подтолкнуть власти к этому. Вопрос еще и в том, как вернуть тех, кто уже уехал? Мне кажется, создание условий для бизнеса является чрезвычайно важным фактором. И не просто на бумаге, но и четкое выполнение этих условий. В данной связи я считаю, что не столько важно поддерживать бизнес налоговыми льготами или отсрочками платежей, как важно, чтобы у бизнеса была уверенность в направлении экономической политики властей, и чтобы правила игры были четко определены и соблюдались всеми игроками.

 

Источник: http://bel.biz/




Будь в курсе событий
Подпишитесь на наш пятничный дайджест, чтобы не пропустить интересные материалы за неделю