USDКурс снизился 1.9703
EURКурс снизился 2.1019
| 05 февраля 2013

Почему все не так?

Задача любой экономики – это обеспечить баланс между доходами и потребностями элит и малоимущих, а также определить условия, при которых энергичные и самостоятельные люди (так называемый средний класс) могут обеспечить свои потребности. К элите можно отнести богатых людей и высших представителей политической и государственной  системы, а также юридической сферы и СМИ, которые и обеспечивают легитимность права богатых на их действующий уровень жизни.

Исключением являются достаточно небольшие (по историческим меркам) периоды, когда принадлежность к элите несла для ее представителей дополнительные риски, определялись серьезными изменениями в социально-общественном строе (революции). Например, Великая французская революция, Великая октябрьская социалистическая революция. Такие периоды длились от нескольких лет до пары десятилетий, затем появлялись новые элиты или возвращались старые, и все восстанавливалось.

А что сейчас?

Национальное богатство в развитых странах распределено следующим образом: на долю бедных приходится 15-20% (в мире в целом – 80-85%), на долю среднего класса – около 60% (в мире в целом – до 10%), богатым же достается 20-25% (в мире в целом – 5-10%).

{quote-1}

Соответственно средний класс в развитых странах, на долю которого приходится большая половина национальных богатств, в состоянии развивать и себя, и страну. При этом элита, хотя и имеет серьезное влияние, не в состоянии контролировать экономику и проводить выгодные только для себя решения, так как вынуждена делегировать часть властных полномочий среднему классу.

Любой долгоиграющий (длительный) кризис помимо бедных, которые его чувствуют на себе в первую очередь, бьет по среднему классу, который не имеет достаточного объема денежных средств, чтобы переждать кризис без ухудшения своего положения (в отличие от богатых). Поэтому длительный кризис – это, в первую очередь, сокращение среднего класса, то есть удар по дальнейшему развитию.

Мечта многих, западная модель, возможна только в богатых странах, так как только при наличии достаточно больших доходов можно обеспечить потребности элит и достаточно приемлемый уровень социальной защиты малоимущих (так называемый велфер). Только в таких условиях средний класс может обеспечить себе условия для работы (как правило, сфера услуг и мелкое производство) и весь ценовой ряд на товары и услуги. От высоких до низких при обязательном наличии достаточного объема предложения в среднем ценовом сегменте. Только в обществе, где средний класс составляет достаточно большую часть населения, возможен так называемый «социальный лифт», когда перемещение человека из одной группы в другую (вверх) является не «чудом», а обычным явлением.

Проблемой бедных стран является четкое разделение на богатых (элиту) и бедных, причем государство не может обеспечить бедным приемлемый уровень жизни. Соответственно, отсутствует средний класс и ценовое предложение товаров и услуг представлено, в основном, высоким и низким уровнями, а среднего ценового сегмента практически нет.

Во второй половине ХХ века до начала 80-х годов страны Запада могли позволить себе «капиталистический социализм», когда денег хватало и богатым, и бедным, за счет монополизации конечных производств. То есть реальная высокая добавленная стоимость оставалась у стран Запада. После массового выноса производств и ухода транснациональных компаний от привязки к конкретным государствам, денег стало не хватать. На какое-то время вопрос решался за счет «печатанья», не создавая сложностей в экономике.

После кризиса 2008 года проблему скрывать стало сложнее. Пока ситуация находится более-менее под контролем, но нехватка денежных средств уже начала сказываться. И если в ведущих странах Запада (например, Германия, Франция) это не так заметно, то у периферийных стран (например, Греция, Португалия, Испания) проявляется все серьезнее.

Наглядным примером является так называемая проблема «бюджетного обрыва» в США, когда обсуждается как не лишать льгот богатых и сохранить социальное обеспечение бедных. В Европе решается за счет кого будет проведено сокращение трат, при этом в двух плоскостях: не только между богатыми и бедными людьми, но и между богатыми (северными) и бедными (южными) странами.

Естественным следствием такого развития событий (сокращение денежных средств) является увеличение разрыва не только между богатыми и бедными, но и между богатыми и средним классом (с 70-х годов разрыв вырос в два раза).

Глобализация только закрепляет эту тенденцию, так как теперь все вышло на наднациональный уровень. Попытки национальных государств получить доступ к данным по оффшорам с целью выяснения сумм, уведенных от налогообложения, только подтверждает серьезность проблемы с деньгами и слабом контроле над ТНК. Одностороннее решение государства о повышении налогов на богатых ничего не может изменить, так как после принятия решения об увеличении налогов состоятельные люди просто меняют гражданство.

Принятие же волевого решения по оффшорам на наднациональном уровне с легкостью блокируется богатыми людьми, ТНК и связанными с ними чиновниками уже на начальном уровне.

В России проблема создания среднего класса решается за счет очень серьезных сумм, полученных за счет доходов от продажи энергоносителей, которые расходуются из бюджета на госпрограммы по национальному развитию и социальные нужды.

Пожалуй, единственным исключением, когда значительный рост экономики достигался не за счет среднего класс, был СССР 30-50 годов. В этот период рост экономики обеспечивался за счет возможности карьерного роста чиновников и директоров через решение задач на грани возможного под личную ответственность при предоставлении значительного объема денежных, сырьевых и людских ресурсов. При этом предыдущие заслуги не давали права на сохранение должности, поэтому приходилось постоянно подтверждать свои возможности (большинство чиновников среднего звена редко доживали до пенсии, работая «на износ»). К тому же в то время многие люди действительно верили в коммунистические идеалы.

Но уже в конце ХХ века в коммунистическом Китае, понимая, что идеалы не работают, пошли стандартным путем. Позволив людям «обогащаться», Китай решает одновременно две задачи: развитие экономики через создание среднего класса и увеличение внутреннего рынка, чтобы не так сильно зависеть от внешних рынков. При этом центральная власть, оставаясь формально коммунистической, через партийную систему сохраняет контроль над экономикой и страной в целом.

{quote-2}

Из-за недостатка денежных средств в валюте и свобод в экономике так и не появился средний класс (то, что в Беларуси называется средним классом, по меркам Европы и даже России средним классом не является). Соответственно на рынке доминируют предложения для богатых и для бедных, среднего (по европейским меркам) ценового сегмента крайне мало.

К сожалению, Беларусь бедная страна, и свою возможность стать богаче упустила дважды. В 90-е годы, когда не смогла интегрироваться в мировую экономику, и в 00-е годы, когда бездарно «проела» российские энергетические гранты. Учитывая затянувшийся мировой кризис, шансов на рывок (в разы) у экономики Беларуси уже нет. Соответственно, и появление среднего класса (по мировым меркам) невозможно.

Тем более что он потребует своей доли не только в экономике, но и во власти. А так как для роста открытой экономики любого государства необходим средний класс, в Беларуси который уж год продолжается попытка заставить (принудить) директорат и чиновников выполнять функции среднего класса. Они должны развивать  экономику, но без передачи им доли собственности. Пока без особого результата, что и не удивительно, так как вряд ли кому из директоров и чиновников захочется тратить свое здоровье и время без гарантий в будущем.

Понимая это, руководство Беларуси и замкнуло все на себя, создав экономическую модель, когда все не только ключевые вопросы (уровня руководства), но и более мелкие, решаются только на уровне руководства. Это делает процесс планирования развития экономики решением вероятностной задачи. Соответственно, при планировании, более-менее серьезно прорабатываются только максимально и минимально возможные результаты, что заметно сужает пространство маневра. Любое иное развитие событий если и допускается, то не просчитывается. Соответственно, никакого плана действий в этом случае нет, все приходится делать «на коленке» и «по наитию». Отсюда и непоследовательность, шараханье из стороны в сторону, и нежелание, да и неумение, принимать любое ответственное решение на своем уровне.

Поэтому ручное управление экономикой Беларуси является естественным результатом белорусской модели экономики и, по сути, единственно возможным способом удержать ситуацию в экономике под контролем.



Теги: экономическая модель, экономика, Беларусь
Будь в курсе событий
Подпишитесь на наш пятничный дайджест, чтобы не пропустить интересные материалы за неделю