Ирина Горбач | 19 июня 2015

Репортаж из клубничной столицы Беларуси – деревни Дворец: рай есть, а стихийного рынка больше нет

Bel.biz отправился в клубничный рай, расположенный неподалеку от Лунинца, и не нашел там стихийного рынка, потому что его больше нет. И наш рассказ не столько о клубнике, продавая которую местные жители покупают автомобили, сколько о том, что взаимодействие власти и бизнеса возможно.

От Минска до клубничной столицы – около 300 км, вооружившись фототехникой, тупым карандашом и здоровым скепсисом, отправляемся в деревню Дворец, которая удачно разместилась на международной автотрассе М10, соединяющей Брест и Брянск.

По пути мечтаем поскорей стряхнуть с себя сон, взбодрившись дозой кофеина. Для этого ищем глазами у обочины кафе. 50 км от Минска, 80, 100… Ну или хотя бы автозаправку с кофейным автоматом. 150… Никаких намеков на наличие придорожного сервиса. У дальнобойщиков и праздных путешественников есть все шансы умереть от жажды или застрять в лесу, не дотянув на последних литрах бензина до ближайшей заправки.

На трассе между Старобином и Микашевичами замечаем небольшой домик, обитый сайдингом, с вывеской «Кафе». Нас не встречает приветливая улыбка, но радует наличие бодрящего топлива в нем (мы сейчас о кофе говорим). 70 грамм эспрессо, приготовленного кофемашиной, здесь стоит 10 тысяч, порционные сливки к нему – 2 тысячи за штуку. Стандартный для придорожного кафе ассортимент разбавлен товарами «первой необходимости»: замечаем на полках скучающие резиновые сапоги, рыбацкие снасти и имитацию (?) патронов.

Заправившись продолжаем путь. Километрах в 10 от цели обгоняем велосипедистов, навьюченных «красным золотом». Ну вот, началось… Морально готовимся увидеть, клубничный рай, превратившийся в муравейник: десятки грузовиков и фур перекупщиков, перекрывших движение на трассе, клубничных баронов, которые спешат обменять товар на деньги… И килограммы того самого товара под ногами, на уборку которого местная власть тратит ежегодно до 20 млн.

Доехав до кафе «Спадарожнiк», которое находится прямо в центре деревни, не обнаруживаем никаких признаков суматохи: поселок спит обеденным сном, движению автомобилей по главной улице ничто не препятствует. Но замечаем, что по дороге, которая уходит от перекрестка вправо, движется процессия сельчан с пустыми ведрами на велосипедах. Вероятно, нам туда.

Рынок с акцентом

Проехав метров 500 по пыльной и ухабистой дороге, оказываемся на рынке. Вход на его территорию охраняется: предприниматели могут сюда попасть только после того как оплатят сбор.

Местные жители объясняют, что стихийного рынка больше нет. Акцент охранников сеет сомнения в легальности сего действа. Количество вопросов растет как снежный ком, за ответами движемся вперед.

«Торговать клубникой – все равно что играть в казино»

С акцентом на рынке разговаривают не только охранники, но и процентов 40 предпринимателей, которые прямо зовут себя перекупщиками. Чтобы определиться с географией присутствующего здесь контингента и узнать о прибыльности этого бизнеса, пробуем завязать разговор с молодым человеком, которого соседи называют Арманом. «Занимаюсь клубникой уже лет восемь. Сам я из Витебска, туда и отвожу товар. За одну ходку зарабатываю миллионов пять, за сезон получается сделать до 30 ходок».

У клубничного бизнес своя специфика, потому что предприниматели имеют дело со скоропортящимся товаром. Чтобы его сбыть, у них есть только один день.

«Для меня торговать клубникой – все равно что играть в казино, потому что я постоянно рискую попасть на деньги. Нет никакой гарантии, что две тонны клубники, которые я здесь сегодня купил, кто-то у меня купит, когда ягода приедет в Брянск» – рассказывает молодой бизнесмен из Брянска, который занимается этим рисковым делом уже три года. – А при хорошем раскладе зарабатываю за сезон $2–3 тыс.». Также от нашего собеседника узнаем, что на рынке кроме него клубнику скупает еще 10–15 машин из Брянска. В остальное время года брянчанин торгует картошкой, морковкой и другими овощами по сезону, которые привозит на родину из Беларуси и Польши.

В этом году в Россию везут клубники больше, чем обычно. Из-за продуктового эмбарго на ввоз иностранных товаров клубника из Греции или Польши в этом году не приходит, и россияне охотно скупают белорусские витамины, которые ушлые предприниматели могут предложить по более высокой цене.

Цена на ягоду может меняться несколько раз в день

Утомленные солнцем перекупщики спешат ко входу на рынок – здесь происходит бой за продавцов, но предприимчивые сельчане не спешат сбыть товар – многие из них сначала исследуют всех покупателей, а потом выбирают лучшую цену.

Цена на ягоду меняется каждый день, на этом рынке действуют те же законы, что и везде: чем больше клубники, тем она дешевле. Большинство сельчан старается привезти собранную ягоду утром или в обед, потому что к вечеру многие перекупщики уже собрали нужный объем, и чтобы продать товар, цену приходится снижать.

В среду большая и сухая ягода продавалась по 17–20 тыс. за килограмм, мелкую и непримятую забирали – по 4–5 тыс.

А в четверг, 18 июня, на портале Медиа-Полесье, появилась информация, что на клубничной «Комаровке» появился Белкоопсоюз, который закупает у населения товарную клубнику по 12–15 тысяч за килограмм для дальнейшей реализации на рынках и в розничной торговой сети. Чтобы выжить в условиях конкуренции, предприниматели подняли стоимости закупки до 20 тыс.

Почему на минской «Комаровке» дорогая клубника?

Пробуем найти ответ на вопрос Александра Якобсона о том, почему на Комаровке такая дорогая клубника. Прокомментировать ситуацию соглашается один из предпринимателей:

– В тот день, когда к нам понаехали репортеры, мы покупали клубнику по 20–22 тыс. Потом они поехали на Комаровку, нашли там какой-то ящик клубники по 60 тыс. и сделали вывод, что предприниматели тут зарабатывают три цены. Чтобы узнать, сколько мы на этом зарабатываем – езжайте утром на Ждановичи и посмотрите, почем мы там сдаем ягоду! С килограмма получаем прибыль не больше 4–5 тысяч. А бывает и так, что ягоду приходится сдавать по себестоимости. Вот вчера я закупил машину по 15–17 тыс., привез утром в Витебск, а там ее берут всего по 18 тысяч! А ждать, когда цена поднимется, мы не можем, клубника ведь быстро портится.

На Комаровку отсюда ягоду никто и не возит. Там продают польскую клубнику, а чтобы лучше продавалась, пишут, что она из Бреста или Лунинца, поэтому и цена такая!

Наш собеседник признался, что в этом году «навар» с клубники получается совсем небольшой: продавать ее стали меньше, а вот количество перекупщиков заметно выросло. «Раньше на Смоленский рынок в Витебске человека четыре возило клубнику из Лунинца, а в этом году в два раза больше. Потому что денег у людей нет, и они пытаются прокормиться любыми способами».

Ягоду с подгнившими бочками закупает государство на промпереработку

Закупкой ягод на рынке занимаются не только предприниматели – слева от входа стоит колонна грузовиков от райпо. Все они покупают ягоду по единой цене – 2,5 тыс. за кило, поэтому на этой стороне рынка абсолютно безлюдно.

Клубника, которую мы покупаем у людей, идет на промпереработку – в основном на вино, ее забирают все винзаводы – в Бобруйске, Пинске, Витебске, Бресте – рассказывает колоритная представительница государственного бизнеса.

– И вам без разницы, какого качества товар, правда?

Да, к нам люди приносят самую меленькую ягоду, бывает с подгнившим бочком – она пойдет на вино. А ту, что получше берут по четыре тысячи – на консервы, варенье и детское питание.

– Много людей сдает вам ягоду?

Вчера я купила 7,5 тонн.

Экономика клубничных баронов

На самом деле, клубничным делом промышляют не только жители деревни Дворец, но и других близлежащих селений. Урожай собирают всей семьей, и для большинства, это уже, скорее традиция, чем способ «сколотить состояние».

– Дедуля, сколько получается заработать? – интересуемся у пожилого продавца с тремя ведрами на велосипеде – с мелкой, но симпатичной ягодой и отборной.

Вчера я привез три раза по четыре ведра – это примерно 85 кг. Но так бывает не каждый день – когда больше, когда меньше. А сезон длится две недели.

– А сколько времени уходит на сбор урожая?

Четыре ведра выбираем где-то два часа.

В момент беседы товар находит своего покупателя – дедуля продает ведро мелкой клубники не перекупщикам, а молодой семье, по 5 тысяч за кило.

Просим поделиться своей историей успеха женщину среднего возраста. Сбором и продажей ягоды она занимается в свободное от работы время, но привозит ведра с клубникой на рынок ежедневно. На мелкой ягоде удается заработать до 200 тысяч в день. «А мне нравится выбирать, когда ягода есть – я от этого процесса получаю удовольствие!» – говорит она и подтверждает искренность слов улыбкой.

«Я думаю, что ему из райисполкома дали указание, не мог он по доброй воли взять на себя этот груз»

На одной из машин знакомимся с бывшим сотрудником милиции, думается, от него можно получить компетентный комментарии об истории происхождения рынка.

Я думаю, что это дело инициировали сотрудники ГАИ. Вы представляете, какая аварийная обстановка была на трассе в это время ежегодно?

– Говорят, что рынок частный, а кому он принадлежит?

Это площадка нашего Прокоповича. Я думаю, что ему из райисполкома дали указание, не мог он по доброй воли взять на себя этот груз. Вы представляете, сколько стоит обслуживание этой площадки?

«Красное» золото помогло жителям благоустроить дома и дворы»

В администрации рынка найти ответ на этот вопрос не получилось: тот самый Прокопович оказался в отъезде, а на просьбу дать его номер телефона там отреагировали категоричным отказом. Что ж, придется идти окольными путями – направляемся в местный сельсовет.

В приемной сельисполкома нас удивляют теплым приемом. «Председатель уехал на автозаправку, но очень скоро вернется и обо всем вам расскажет. А вы пока подождите, кваску попейте и о нашем районе почитайте» – говорит приятная женщина, приносит бутылку с квасом и папку с историей деревни, где внимание привлекает необычный герб деревни Дворец и слова: «Красное» золото помогло жителям благоустроить дома и дворы. Богатство деревни, благосостояние Дворца выражено золотым полем, на котором расположена клубника».

О правдивости хвалебных слов первым делом интересуемся у появившегося на пороге Александра Видникевича, председателя Дворецкого сельисполкома.

– Раньше на клубнике наши сельчане и правда обогащались: за сезон собирали себе на «Москвич». А сейчас это для них скорее приработок, хотя в нашем районе действительно достаточно высокий уровень жизни, если сравнивать с другими селами.

– А как во Дворце появился рынок? Местная власть в этом приняла какое-то участие или это исключительно заслуга бизнеса?

Стихийный рынок на международной трассе – это проблема, которую мы пытались решить несколько лет. Три года назад сельсовет выделил площадку под строительство рынка, но все это время не могли найти инвестора. В этом году вложить свои деньги в обустройство площадки под торговую точку решился Игорь Иванович Прокопович. Надеюсь, что это предприятие для него окупится.

Благодарим Александра Ивановича за искреннее радушие и номер телефона смелого предпринимателя, который мы набираем, выйдя за двери сельисполкома.

«Этот проект – длинные деньги, но я в него верю!»

Игорь Прокопович, директор ЧТУП «ПрокТорг», владелец сети мини-киосков, один из которых вырос в полноценный магазин, а также агроусадьбы «Полесские робинзоны», соглашается пообщаться по телефону, потому что в момент звонка находится в отъезде в другом городе.

– Игорь, внесите ясность – идея построить рынок чья: ваша или местных властей?

Это, скорее, наш совместный проект. У местных властей была проблема – стихийная торговля, которая создавала аварийную обстановку на трассе и требовала больших расходов из местного бюджета на уборку. Они выделили место для строительства рынка, объявили тендер на инвестиционный проект, а мы с удовольствием приняли в нем участие. Чтобы организовать торговую площадку, мы залили бетон, сделали ограждение, провели электричество, в здании администрации рынка есть небольшой магазинчик и туалет.

 – Считаете такой проект в самом деле рентабельным? Или это, скорее, патриотизм?

Почему же, я действительно верю в этот проект и считаю его рентабельным. Однако я понимаю, что он не окупится за пару сезонов, это длинные деньги, которые будут работать в долгосрочной перспективе. И я намерен инвестировать в него и дальше.

– Как будете использовать площадку, когда клубничное паломничество прекратится?

Пока здесь будет сезонный рынок – за клубникой придет черед черники, картошки и т.п., а в зимнее время организуем на этом месте стоянку автомобилей. Моя цель – двигаться в сторону классической автомобильной стоянки, где есть небольшой шиномонтаж, автомойка, кафе, мотель с 4–8 спальными местами, душ. Хочу, чтобы здесь появилось место отдыха для дальнобойщиков и путешественников.

– А что появится на этой территории в первую очередь?

– В первую очередь, устраним эту вольную американку по дороге на рынок: сделаем ограждение на дороге, положим несколько спящих полицейских, организуем пешеходную дорогу и отдельную асфальтированную дорожку для велосипедистов.

К следующему году размеры рынка увеличатся – продлим его территорию до здания администрации.

Я много бываю в Европе, наблюдаю за развитием придорожного сервиса и у меня есть планы по организации чего-то оригинального, и вместе с тем востребованного. Думаю, что нам пора уходить от постсоветской классики, и я хочу на этом месте предложить интересный набор услуг и оригинальный вариант общепита.

На обратном пути в Минск, стараемся выключить скептицизм и искренне порадоваться прекрасному примеру взаимодействия местной власти и бизнеса. Хотелось бы, чтобы путешествия по Беларуси радовали не только красотой природы, но и качеством сервиса.

Фото: Константин Горецкий




Будь в курсе событий
Подпишитесь на наш пятничный дайджест, чтобы не пропустить интересные материалы за неделю