Зарубежный опыт только на первый взгляд далек от белорусской реальности. Столетие обособленного развития — и несколько пролетов Варшавского моста на известном погранпереходе отнюдь не мешает экспорту европейских страховых технологий в нашу страну. Фактически сегодня уже можно сказать, что западная и белорусская системы страхования по основным видовым признакам почти идентичны — тот же классический набор услуг, сходные технологии сбора страховых премий и финансового обеспечения рисков. Разница между оригиналом и копией только в деталях.
Просто в какой-то момент главными стимулами развития национального страхового рынка оказались не столько внутренние потребности народного хозяйства, сколько требования наших внешнеэкономических партнеров. К примеру, в посольствах иностранных держав выездные визы выдают только при наличии медицинской страховки, аналогично, пропуском на рынок трансконтинентальных автоперевозок является специализированный пакет страховых продуктов, и ни один борт «Белавиа» без надежного страхового обеспечения не улетит за пределы отечества. Молодому независимому государству элегантно намекнули, что в пространстве между Брестом и Оршей, конечно, можно ходить в сапогах и ватниках, но ежели желаете в клуб цивилизованных государств, извольте надеть фрак. Белорусы, нужно отдать им должное, носить фрак научились быстро, но, очевидно, в силу своей ментальности выбрасывать ватник не торопились.
В итоге возникли и успешно прогрессируют несколько обособленных сегментов страхового рынка, рассчитанных на обслуживание международных хозяйственных связей, финансовых и товарных потоков, проходящих через нашу страну. На этих сегментах мы продвинулись значительно дальше, чем абсолютное большинство других стран СНГ. К примеру, в международную систему «Зеленая карта» Беларусь вошла раньше России, наши полисы страхования гражданской ответственности автовладельцев признаны в полусотне государств.
В тоже время, в отраслях, чья зависимость от иностранных инвесторов и соответственно зарубежных финансовых институтов минимальна, уровень страховой активности находится в точке замерзания. Одна из этих отраслей — строительная.
В официальных сводках Министерства финансов РБ страхование строительно-монтажных рисков не удостоено даже отдельной строки, показатель стыдливо фиксируется только вкупе с «прочими видами страхования имущественных интересов юридических лиц». Удельный вес «всего того прочего» редко превышает 1—2% суммарного объема страховых премий.
Выделение приоритетов и второстепенных направлений в практике управления любой переходной экономикой вещь нормальная. Удручает другое: с того момента, как страхование строительно-монтажных рисков (равно как и других видов страхования, предназначенных для обслуживания строительного бизнеса и рынка недвижимости) попало в разряд «второстепенных», введен в действие неоправданно жесткий фискальный режим, который абсолютно лишает субъекты хозяйствования стимулов к страхованию. Режим, в частности, запрещает предприятиям включать страховые взносы в себестоимость производимых товаров, работ и услуг. План счетов, которым будет руководствоваться бухгалтерия в течение всего 2005 года, этот порядок сохраняет в полном объеме. Это значит, что купить полис можно только за счет чистой (очищенной от налогов) прибыли.
Но для этого, во-первых, эту прибыль нужно получить, завершив инвестиционно-строительный цикл, устранив замечания заказчиков, ликвидировав дебиторскую задолженность и т. д.
Во-вторых, необходимо каким-то образом убедить акционеров-собственников (либо вышестоящие органы госуправления) поделиться главным призом хозяйственной деятельности — процентами от прибыли.
Как показывает статистика последних лет, комплексное решение этих задач оказывается под силу почти исключительно менеджерам иностранных подрядных организаций, которые в отдельных (очень редких) случаях привлекаются для работы на объектах республики. Наши зарубежные партнеры приносят с собой не только уникальные технологии и материалы, но и особую страховую культуру, которая исключает ответственность менеджера за чужие ошибки.
Но ведь белорусский строитель рискует отнюдь не меньше своих зарубежных коллег. Спросите об этом хотя бы руководителей подрядных организаций, принявших на себя ответственность за катастрофу в Краснопольской средней школе 27 января 2004 года. Материалы уголовного дела, возбужденного Прокуратурой Могилевской области по фактам нарушения проектов, норм и стандартов при проведении строительно-монтажных работ, повлекших гибель людей, и решение суда по этому делу, с моей точки зрения, следует выпустить отдельной брошюрой и бесплатно распространять под названием «Антитеза страхованию в строительстве».
Краснопольская трагедия рельефно демонстрирует все недостатки действующей системы управления рисками и распределения ответственности в строительстве. Конечно, ресурсы этой системы могут быть еще увеличены за счет ужесточения административной и производственной дисциплины, но кардинальное оздоровление ситуации вне страхового поля уже не предоставляется возможным.
Для наглядности попытаемся составить виртуальный баланс страховых интересов, который складывается вокруг строительной площадки обычного многоквартирного дома.
Главной фигурой здесь, безусловно, является инвестор, участник долевого строительства, который обычно делегирует свои полномочия и финансовые средства фирме-заказчику — субинвестору. Инвестор в силу своего кровного интереса требует, чтобы будущее жилье было сдано в эксплуатацию в оговоренные сроки и с надлежащим качеством. Любое отступление от этих требований дает основание на получение компенсации.
Подрядная организация заинтересована в своевременном финансировании строительных работ и минимизации всех рисков, которые могут этим работам помешать: задержка поставок строительных материалов, штормовой ветер, перебои в электроснабжении, хищения со стройплощадки, недостатки проекта, падение летательных аппаратов и пр. — список почти безграничен. Любой толковый менеджер после трезвого осмысления ситуации предпочтет переложить ответственность по этим рискам на плечи страховой компании. Но точно так же любой опытный бухгалтер после изучения действующего Плана счетов и налоговых регламентов ему в этом однозначно откажет. Остается вопрос, куда отнести отнюдь не виртуальный ущерб от всех этих мелких и крупных накладок, неувязок, несостыковок? Ну не покрывать же их, в самом деле, за счет премиальных менеджера и бухгалтера... Да ни в коем случае! Что-то можно спрятать в себестоимости, какие-то издержки истребовать с нерадивых смежников. А еще совсем не лишним будет полюбовно договориться с заказчиком. Благо, в белорусской хозяйственной практике субинвестор зачастую является дочерней структурой той или иной крупной подрядной организации. Систему взаимоотношений в этом тандеме можно спрятать за десятком лояльных формулировок, назвать, к примеру, политикой взаимных уступок. Но с точки зрения рядового инвестора-дольщика, это все равно звучит как сговор заказчика и подрядчика.
Теперь в виртуальный баланс интересов внесем реальную составляющую. В середине минувшего года одна из столичных страховых компаний начала продвижение нового продукта - страхование строящихся квартир с бесплатным правовым и экспертно-строительным сопровождением хода строительства и приемки квартир. Минчанка М. Н. (без ее согласия расшифровать инициалы мы не вправе), хозяйка строящейся квартиры в жилом квартале ул. Некрасова-Беды-Восточная, заключила договор страхования на предложенных условиях. А именно: 0,98% от стоимости будущей жилплощади ($40 000), что составило $329 с рассрочкой платежа. Страховщик в рамках принятых на себя обязательств организовал экспертную проверку объекта, в результате которой был составлен Перечень строительных работ, выполненных с отступлением от проекта и нормативных документов. В перечне 29 пунктов, отдельные из которых мы цитируем:
- Наружная стена квартиры на 10-м этаже, примыкающая слева от входной двери, выполнена из газосиликатных блоков толщиной 100 мм (по проекту 220 мм), что не гарантирует защиты от проникновения в квартиру.
- Высота потолков квартиры имеет перепад от уровня стяжки под полы 30 мм в одном помещении. Высота потолков - 2,5 м. СниП 3.03.01-87 табл, 12 п.1 (до 10 мм).
- Электрошкаф установлен на входе дверного проема на 9 этаже (брак проекта).
- Канализационные паковки в ванной на 10 этаже имеют обратный уклон, водопровод и канализация не доведены до места установки ванной. СниП 3.05.01.85.
- Плитка пола перед входной дверью на 10 этаж перекошена, подлежит перекладке (перекос 70 мм), отступление от проекта.
Как видите, перечень претензий со стороны страховщика к подрядчику вполне конкретен. Вполне конкретной оказалась и сумма ущерба, нанесенного застрахованному инвестору — $1 000, что более чем в три раза больше суммы страхового взноса. Этот ущерб юристы страховой компании могли бы возместить при посредничестве Инспекции Департамента государственного строительного надзора либо через суд. Но стороны пришли к мировому соглашению. И не только в случае с инвестором М. Н. Показательно, что с момента открытия активных операций по страхованию строящихся квартир с бесплатным правовым и экслертно-строительным сопровождением хода строительства и приемки квартир ни один спор между страховщиком и подрядчиком так и не был доведен до суда.
Этот факт оставляет широкое поле для экономико-правового анализа, но мы остановимся на главном.
Во-первых, в рамках договора страхования были активизированы только те права инвестора, которые уже сегодня закреплены в национальном законодательстве. В частности, инвестор имеет право затребовать все документы, подтверждающие соответствие стоимости и качества оказанных ему услуг действующей нормативно-правовой базе.
Во-вторых, залогом качества экспертно-строительной и правовой экспертизы, проводимой страховой организацией, является коммерческий интерес - недостатки, не выявленные в ходе проверки и не востребованные к возмещению с подрядчика, по договору должны быть устранены за счет страховщика.
В-третьих, инвестор в рамках договора страхования фактически «покупает» в полном объеме всю ответственность подрядчика, который в случае судебного заседания остается единственным ответчиком не только за качество и своевременность выполнения собственной работы, но и за все «привнесенные» обстоятельства, вроде брака смежников, стихийных бедствий и пр.
В этой ситуации позиции подрядчика, мягко говоря, незавидны, ведь права на ошибку он не имеет, покупка этого права (читай — покупка страхового сопровождения) по действующему налоговому законодательству возможна только за счет чистой прибыли, что по вышеуказанным причинам весьма проблематично.
Не хотелось бы сгущать краски, тем более, что страхование строящихся квартир с бесплатным правовым и экспертно-строительным сопровождением хода строительства и приемки квартир пока не стало массовым. Речь пока идет о фрагментарном вмешательстве лишь одной из страховых компаний в дела строительной отрасли. Да и предложенный ею продукт представляет собой лишь слепок из различных европейских страховых технологий, адаптированный к белорусской реальности. Эта реальность в условиях переходной экономики весьма нестабильна, но уловить амплитуду колебаний конъюнктуры можно, если не упускать из виду поток идей, приходящих с «той стороны» Варшавского моста.
По материалам журнала «Страхование в Беларуси»
Управление компанией 
